сколько эмоций, столько и слов

Во мне сейчас бушует пожар, но первый раз за все время этот пожар не связан с негативными эмоциями. Это своеобразный порыв к жизни. У каждого человека всегда внутри горит нечто, в зависимости от желания. это может быть маленький огонек, большой костер из толстых, уложенных кругом веток, а может быть и вовсе тлеющая искорка, догорающая веточка, последняя.

В голове звучит много слов, которые все хотят стать предложениями вырваться наружу. И самое главное - это возможность писать. В любое время и в любом месте. Вырисовывать аккуратные буквы на бумаге, зачеркивать, подбирать слова, пускаться в нескончаемый поток мыслей на небольшой корабле, вылавливая сетями нужные слова и складывая их в деревянные коробки. 
Не всегда есть возможность писать на бумаге. И жаль, потому что сам по себе это процесс невероятно чарующий. Вечер. Мягкие желтоватые лучи падают на бумагу. взяв ручку с синей пастой, ты начинаешь творить. Пока свет играет с тенями, ты играешь со словами. На чистом листе бумаги, будто на огроменной фабрике, все движется. Буквы, как люди, бегают из строчки в строчку, соединяясь в единое целое. Даже думать не хочется, что раньше я не понимала, как это, как можно писать красивые слова, как от этого на душе может становится так легко. Я уже не мыслю свою жизнь без такого самовыражения. Я пишу когда мне хорошо, или когда мне очень плохо. Я пишу всегда. И мне это чертовски нравится.

Я очень жду весну, к слову. После холодов, слякоти, серости, голых веток деревьев, хочется наконец увидеть пышные и гордые деревья, распустившие свою листву, яркие цвета, сухой асфальт, чистые машины. 
Числа на календаре - это неопределенность. Вроде и 1 марта, а на улице снег и слякоть. Нет, это не весна. Я точно пойму, когда весна придет в мой город. Я проснусь утром, вдохну утренний запах и тогда уж точно скажи: "да, весна пришла". И у меня будет возможность писать еще больше. Больше эмоций, слов и чувств. 

vital moments/

редкие моменты, когда ты чувствуешь, что все хорошо. хотя, скорее даже не так. ты чувствуешь спокойствие, разливающееся по телу. как будто умиротворение циркулирует по твоему телу вместе с кровью. и это может случится совершенно неожиданно.

Мне нравится, что мои дополнительные занятия заканчиваются поздно. Нет, не то, чтобы совсем, но улицу уже окутывают сумерки, которые с каждой минутой становятся темнее, чтобы в конце концов погрузить город в темноту, чтобы зажглись фонарные столбы и вывески маленьких магазинчиков, чтобы так же зажглись и огромные вывески гипермаркетов и заправок. А еще с наступлением сумерек в наш город приходит туман, который, кстати, уж очень зачастил. туман бродит по улицам, заходит во дворы. И ты погружаешься во все это, словно окунаешься в воду. Плывешь по городу, время в котором уже трактуется как поздний вечер. Моя остановка расположена на перекрестке. И признаюсь, я люблю затягивать с отправлением домой. Мне нравится стоять, закутав нос в шарф, пропитанный духами, спрятав руки в карманы, и наблюдать за несущимся потоком машин, который замирает на 72 секунды, дав возможность проехать другому потоку. А одно из самых любимы - смотреть, как попеременно сменяются сигналы светофора, в итоге слившись воедино в гамму из красного, зеленого и желтого. в наушниках, как всегда, любимая музыка, которая гармонично дополняет эту картину. И в один из таких моментов, а именно сегодня, я почувствовала, что не хочу уезжать домой, что хочу стоять тут до самой ночи, пока машин не станет меньше, пока сумрак не сменится темнотой, пока светофоры не начнут мигать желтым моргающим. 
В такие моменты я люблю закрывать глаза на долю секунды. мне кажется, что тем самым я сохраняю в памяти это мгновение. это как сделать скрин с экрана, только жизненнее.

somnolence.

Обычный очередной вечер, до верху заполненный учебой, синими чернилами и грифелем карандаша.. Уставшая, сидя за письменным столом, я поняла, что единственное, чего я хочу - это лечь в кровать и уснуть. Рука уже непроизвольно списывает то, что напечатано в учебнике. В мыслях крутятся слова злобы на учителей, которые обещали не грузить. Обещали они. Все смешивается в один большой комок, который отдает слабостью по всему телу. Но работы еще много. На бумаге нужно было писать красивые слова, но в голову ничего не лезло. У меня редко такое бывает, и посему это вызывает некое волнение. 
За окном, тем временем, туман окутал все вокруг. Луч от фонаря, которые заглядывал в мое окно каждый вечер, как-будто притупился, и теперь было видно лишь желтый нечеткий свет. Импрессия. Мне нравится это слово. Экспрессия. Тоже ничего. В квартире стояла тишина, потому что все домочадцы спали. Звук пишущей ручки сочетался со звуком, доносившимся из наушников, небрежно брошенных и лежавших рядом. Кажется, там играет Lana Del Rey. То, что нужно для такого вечера. Пересилила себя, набросав на бумагу слова, словно художник краски на холст. 

И долгожданный момент. Холодная постель, смятое отеяло и мягкая подушаа, похожая на мешок. Вот ты утопаешь, растворяешься, чувствуешь приходящий сон. Состояние невесомости.
И кажется, что кровать намного удобнее, а подушка еще мягче, чем была раньше. Ради этого чувства можно сильно устать. Не так ли?

Дом в горах.

Давайте представим, что мы далеко от постоянной спешки и суеты, от шумного города, от переполненных улиц. Нам не хватает кислорода, мы задыхаемся. Белый цвет снега, смешанный с коричневой грязью и слякотью, заполонившей все вокруг, мозолит глаза. ухмылки людей, которых мы встречаем на улице, превращаются в нескончаемый поток негатива.

Но мы же с вами умеем мечтать. помните?
Так вот, закроем глаза и представим, что мы далеко отсюда.

Мы в небольшом доме, где-то высоко в горах. В доме есть камин. Вечером мы возьмем самый мягкий плед, нальем вкусного барбарисового чая в большую кружку, сядем возле, устроимся удобно и будем смотреть на огонь. Приятно будут потрескивать угольки...Но до вечера еще далеко, поэтому я считаю, что нам нужно немного прогуляться. вы же не против?
Стоит нам только выйти из дома, как манящий запах горных вершин поманит нас подняться еще выше. Мы найдем одну уютную поляну, которая будет полна цветов. Мы ляжем и будем смотреть в небо, изредка закрывая глаза, чтобы ощутить, как воздух приятно ласкает кожу, как нежно греет солнце, как трава щекочет лицо. Мы пролежим там достаточно долго, и все это покажется нам одной проведенной минутой. Нарвав немного цветов, можно сплести красивый венок. Он бы блестел и отливал всеми цветами радуги. Еще раз оглянув это место, мы решим, что уже пора возвращаться. Пока в чайнике закипает вода, мы найдем тот самый мягкий и теплый плед. Когда мы ощутим, что свежесть воздуха одурманила нас полностью, тогда можно будет идти в комнату, запрыгивать на огромную кровать, и, укрывшись одеялом, сладко засыпать...
А пока, мы наливаем чай. Запах барбариса распространяется по всему дому, смешиваясь с запахом древесины и горных цветов. 

Ну что, пойдем к камину?

зимний микс.

Недавно наш город пережил самую настоящую, истинно-русскую зиму. Но, к большому сожалению, наш южный городок к этой зиме был совершенно не готов. Выпал снег. Выпало очень много снега. Город превратился в одну сплошную снежную пробку. Но деваться некуда, и в один из дней мне пришлось вылезти из теплого одеяла и выйти на улицу.

Признаюсь честно, я совсем не люблю зиму.
Я не люблю холод, который пробирает до костей, стоит лишь выйти на улицу. И не важно, будешь ли ты одет легко, или на тебе будет очень теплое пальто с шерстяным шарфом и симпатичной шапкой с бубоном. Мне иногда кажется, что это выходит холод, который живет где-то внутри тебя. Он распространяется по всему телу, заставляя мурашки бежать еще быстрее. И вот ты уже переступаешь с ноги на ногу, все ниже подтягиваешь рукава свитера, подносишь руки ко рту, выдыхая последнее тепло, пытаешься немного согреться. А дальше ты спешишь. Поток снега, людей, их лиц и эмоций. Ты стоишь на остановке, вокруг тебя стоят такие же примерзшие к земле люди. Кто-то из них просто ждет нужный номер маршрутки или автобуса, а в чьих-то глазах можно увидеть надежду еще на что-то. Мне нравится заглядывать в людей. У многих, стоящих на остановке, из-за натянутой до бровей шапки, из-за замотанного шарфа видны только глаза. Но мне больше и не нужно. Вы же знаете, что глазами можно сказать многое? Я вот знаю. Подъезжает автобус. Люди в нем стоят неподвижно, только иногда, на поворотах, повторяют движения за автобусом. Вся толпа, стоявшая на остановке, тут же ринется к этому автобусу. Они кое-как залезут в него. Двери закроются. А я останусь стоять на той же остановке. И вдруг вокруг станет так тихо и спокойно. В наушниках музыка заиграет еще громче. Снег замедлит свой бег, не будет так быстро лететь с неба, стремясь накрыть всю землю своим белым одеялом. Он будет не спеша сыпаться большими хлопьями.
Подъедет другой автобус, в котором и я найду себе маленькое местечко у двери. И, протерев запотевшее окно, мы поедем. Тепло будет постепенно приходить, вытесняя холод прочь. А когда мы доедем до конечной точки, я выйду и снова увижу такую же остановку, полную людей, примерзших к земле и чего-то ждущих.